Главная Хроники Города П. Мартынов. Город Симбирск за 250 лет существования 26

Общественная жизнь.

 

1) Общественная жизнь в старину.

Исторiя общественной жизни в Симбирске за первую половину настоящаго столетiя есть, прежде всего, исторiя Симбирскаго дворянства. Развитiе этой жизни, под влiянiем дворянскiй среды, оставило видный след на характере созданных вто время учрежденiй, благодаря той сословной солидарности, которая служила отличительною чертою тогдашняго дворянскаго общества. Дворянству город объязан учрежденiем больницы, гимназическаго пансiона, Карамзинской библотеки, постройкою летняго собора и основанiем многих обществ, положивших начало местной благотворительности. Общность интересов местнаго дворянства, призваннаго законом к службе у себя, в губернiи, и полное единодушiе, при матерiальной обезпеченности,доставили ему в то время большое значенiе в вопросахвнутренняго распорядка.

Общая дружба, скрепленная близкимродством особенно отличали Симбирское дворянство и придавали ему огромную силу. Если когда действiя кого либоиз их среды были очевидно неправильны, то все общество,даже иногда в ущерб справедливости, принимало все мерык тому, чтобы как нибудь оправдать поступок виновнаго ивообще выгородить его; если же случалось кому нибудь изних быть обиженным, то гнев всего сплоченнаго обществаобрушивался на виновника. Влiянiе этого единодушiя рельефнеевсего выразилось, в 30-х годах, на отношенiях Симбирскагодворянства к трем губернаторам: Загряжскому, Жиркевичуи Хомутову и имело результатом переход этих губернаторов в другiя губернiи, единственно (по крайней мере по отношению к Жиркевичу и Хомутову) по той причинв, что они немогли ужиться с Симбирским дворянством. Загряжскiй былочень недурен собою, строен, всегда щеголь, воспитанiя светскаго, хорошiй актер и неисправимый ловелас. Избалованный дешевыми победами, он задумал устроить интригу с дочерьюодного из наиболее уважаемых лиц Симбирскаго общества,и даже, как говорят, ходил к ней на свиданiе, нарядившисьстарухой, причем так хорошо загримировался, что сам отец,встретив случайно эту старуху, не узнал кто она и указалей как пройти к дочери. Сам же виновник начал хвастаться своею мнимою интригою, дворянство узнало и дружно ополчилось против него; стали грозить ему общим скандалом идаже кулачною расправою. Положенiе Загряжскаго, не толькокак губернатора, но и как человека, оказалось невозможными он должен был, далеко не почетно, удалиться из Симбирска. („Воспоминанiя Э. И. Стогова" („ Русская Старина", 1878 г., Декабрь, стр. 647). Его сменил Жиркевич — совершенная противоположность Загряжскому во всех отношенiях. Каким образомявился Жиркевич в Симбирске — никто этого не видал. Всекак то вдруг узнали, что новый губернатор уже занимается делами. Жиркевич был типом прекраснаго губернатора Николаевскаго времени. Он был высокаго роста, красив, нолицо его имело не только серьезное, а суровое выраженiе; всегда очень вежливый, он, при малейшей несправедливости, выходилиз себя и вспылив, уже не знал границ гнева. Много ходило разсказов по.городу, как он гнался до крыльца за советником, или как собственноручно вытолкал из своего кабинета, архитектора. По разсказам современников (Там-же, стр. 656.) Жиркевича полюбить было очень трудно, но нельзя было не почитать его, нельзя было не уважать честной его деятельности, его безкорыстiя; он весь отдался службе; для него общества не существовало. При таких условiях Жиркевич не мог понравиться Симбирскому дворянству, которое привыкло видеть в губернаторе члена своего общества. Они друг друга сторонились; а при таких отношенiях конечно достаточно было самаго ничтожного повода, для полнаго разрыва, и такой повод не замедлилявиться. В то время приводилось в исполненiе Высочайшее повеленiе о передаче казенных крестьян в удельное ведомство. По этому поводу у Жиркевича возникли недоразуменiя суправляющим удельною конторою, местным дворянином А.В. Бестужевым и результатом этого столкновенiя был перевод Жиркевича в Витебскую губернию. Хотя правда и справедливость были безусловно на стороне Жиркевича, но он должен был уступить дружному заступничеству Симбирскаго дворянства. („Записки И. С. Жиркевича «Русская Старина», 1878 г., июль, стр. 416 — 422).

Прiехал в Симбирске новый губернатор, Иван Петрович Хомутов, человек вполне светскiй, любезный, веселый, но и у него вскоре, произошел разрыв с обществом, и причиной этому была губернаторша: особа маленькагороста, горбатая, но зато урождеиная Озерова, дочь зиаменитаго в то время сочинителя трагедiй. Она как-то неосторожновысказала, что для нея мелко Симбирское общество, что она, порожденiю своему, привыкла быть в высшем аристократическом кругу. Этого было достаточно, чтобы от нея отвернулось Симбирское общество, где не мало было и своих фамилий, носивших известныя имена: Карамзины, Тургеневы, Языковы,Дмитрiевы и другiе, а потому — что для них Озеров! Причина,оскорбившая Симбирских дворян, оказалась важиою и глубокою. Хомутов, узиав это, смеясь сказал: „бабьи сплетни, я дам хорошiй бал и помиримся". Действительно бал былназначен, приглашенiя разосланы и кроме того Хомугов самсделал визиты приглашенным. В назначенный день вечером, губернаторскiй дом блистал огнями; играл полный оркестр музыкантов; стол был накрыт для ужина на 80 персон, а гостей нет. В 10 часов услыхали, что едут кареты; хозяева засуетились встречать гостей, но кареты проехалимимо; не много погодя опять едут кареты — и опять мимо; то идело стали ездить кареты, но все мимо губернаторскаго дома.Прошла полночь — а из гостей хоть-бы кто показался... На другой день выяснилось, что мимо губернаторскаго дома нарочноездили пустыя кареты. Такая злая насмешка доказала, что разрыв обшества с губернатором иепримирим, и, менее чем через год, Хомутова перевели в Вятку. („Воспоминанiя Э. И. Стогова «Русская Старина», 1878 р., Декабрь, стр. 699 и 700). В то время в Симбирск жило много почтенных и образоваииых семейств, сыновья служили преимущественно в кавалерии, некоторые в гвардии, и каждую зиму приезжали к родным, а дочери находились при родителях, пока не выходили,замуж, в большинство случаев, за кого либо из своих-жe молодых помещиков, так что Симбирскiе дворяне чуть ни все перероднились между собою, а это, конечно, еще более способствовало к упроченiю между ними полнаго единодушия. Пoзимам безпрестанно бывали балы, обеды, катанья, так чтоне доставало дней в неделе, чтобы удовлетворять гостепрiимных хозяев. Тогда Симбирскiе дворяне не вели счетов своим деньгам, и жили в полное удовольствие, так что Симбирск вполне заслуживал наименованiе дворянскаго города.

В блестящее царствованiе Императрицы Екатерины II, Симбирское дворянство не уступало дворянству других губернiив роскоши и блеске, стараясь перещеголять друга друга.Такое повсеместное стремленiе к роскоши, замечавшееся,главными образом, между дамами, послужило поводом кизданию интереснаго указа от 23 октября 1782 года(Полн. собр. зак., т. XXI, ст. 15556.)отом, „чтобы все придворныя дамы на платьях их никаких накладок из разных лоскутов сделанных, или ширедвух вершков, не носили; а на голове уборы носить невыше двух вершков, разумея от лба, наблюдая болеепростоту и умеренность в образе одежды". Одновременнос этим, 24 октября 1782 года, Генерал-Прокурор по словесному повелению Императрицы, разослал всем Генерал-Губернаторам указ (Там-же, ст. 15557.)„к сбережению собственнаго их (дворяне)достатка на лучшее и полезнейшее и к отвращению раззорительной роскоши", о дозволенiи дворянству обоего пола носитьплатье таких цветов, которые каждой губернiи присвоены „стем, что могут они в таковом, одинаковом платье иметьпрiезд и в столицах во все публичныя места и ко двору Ея Величеств". При определенiи цветов для платья, вся Россiйская Имперiя была разделена на три, полосы и каждой из нихбыл присвоен свой особый цвет, с небольшими отступленiями, в подробностях, для губернiй, в отдельности. Севернаяполоса (14 губернiй) — кафтан светлосиняго сукна; средняя полоса (23 губернiи) — кафтан Красный; полуденная полоса (4 южных губернiи) — кафтан темновишневый. Симбирское наместничество входило в среднюю полосу и имело „красный кафтанс голубыми воротником и косыми карманами и белыми, пообе стороны, пуговицами; подбой и камзол белые. (Полн. собр. зак., т. ХХII, ст. 15975.)

Не малый интерес представляют сообщаемыя современником („Из записок о былом", кн. Баюшева (Москов. Ведом., 1883 г., № 293) сведенiя о наиболее видных представителях Симбирскаго дворянства первой половины настоящаго столетiя. Одноюиз древних фамилiй Симбирской губернiи считалась фамилiя Ивашевых, представителем которой был Петр НикифоровичИвашев, Екатерининскiй генерал, сподвижник Суворова, герой Очакова и Измаила, женатый на дочери перваго Симбирскагогражданскаго губернатора, Вере Александровне Толстой. Имеясвое хорошее состоянiе, он значительно увеличил его состоянiем своей жены, за которою взял в приданое, между прочим, в Симбирском уезде, в 35-ти верстах от Симбирска,село Ундоры, расположенное в живописном ущелье приволжских гор, и богатое село Головино, в Сызранском уезде. Не смотря на то, что в Головине был большой каменный дом,с обширными хозяйственными постройками и садами, Ивашевыжили в Ундорах, куда съзжалось образованное общество нетолько местное, но часто из других губернiй и столиц. Некоторые прiезжали со специальною целью лечиться минеральным источником, открытым в Ундорах, хотя свойства источника не были изследованы. Здесь лечился, между прочим, бывшiй вице-президент академiи художеств Александр Федорович Лабзин, известный издатель „Сiонскаго Вестника" и многих других религiозных и мистических сочиненiй. В 1823 году он был сослан в Сенгилей, но потом переведен на жительство в Симбирск, где квартировал по Московскiй улице, в доме Назарьева. (Ныне этот дом принадлежит Колотуевым.) Он скончался в 1815 году и похоронен в Покровском монастыре.

Жизнь в Ундорах была роскошная доконца 1825 года, когда фамилiю Ивашевых постигло большое несчастiе: единственный сын Петра Никифоровича был замешан в заговоре 14 декабря 1825 года и сослан в каторжныя работы. Одна из дочерей его вышла замуж за П. М.Языкова, брата известнаго поэта; на ея долю досталось селоГоловино и село Ундоры. Петр Никифорович Ивашев скончался в Ундорах 21 ноября 1838 года, на 72-м году жизни, и погребен в Симбирске, на кладбище Покровскаго монастыря. Роскошь и веселье продолжались в Ундорах и в 50-х годах, когда владельцами этого богатаго именiя были — младой сын П. М. Языкова, Александр Петрович и его блестящаясупруга Александра Ивановна, урожденная княжна Гагарина. Крестьянская реформа 1861 года положила предел этому веселью, и в настоящее время бывшее Языковское именiе, приселе Ундорах, перешло уже в третьи руки к Самарскому богатому хлеботорговцу, купцу Шихабалову.

В 15 верстах от Симбирска, вблизи Казанской почтовой дороги, на р. Свiяге, расположено село Ишеевка, принадлежавшее старинному роду дворян Кротковых, одних из самых богатых помещиков Симбирской губернiи. Богатство их значительно увеличилось во время Пугачевскаго бунта. После разгрома Пугачева в Казани, когда он переправился через Волгуи пошел на Алатырь и Пензу, шайки его разбрелись в разныя стороны; одна из них пошла на Симбирск и уже была недалеко от него. Помещик и благоразумные крестьяне, при приближенiи пугачевцев, уходили в лес, забрав туда свое имущество, и там выжидали ухода разбойников. Так сделали Кротков со своими крестьянами, удалившись в лес междуСвiягой и Волгой. Пугачевцы сдеали на гумнах и огородахИшеевки привал, но будучи застигнуты гусарами, бежали в безпорядке, оставив награбленное в Казани имущество, состоявшее большею частiю из золотых и серебряных вещей,драгоценных тканей и мехов; гусары, в пылу преследованiя,не заметили этих богатств и все они достались Кроткову. („Из записок о былом" кн. В. Баюшева.)

По Московскому тракту, на 12-й версте от Симбирска,находится село Баратаевка, родовое именiе князей Баратаевых, вышедших из Грузiи, при Петре Великом, в лице князя Мелхиседека Баратаева, после котораго осталось четыре сына, из коих трое были губернаторами: Оренбургским, Казанским и Симбирским. У последняго был сын Михаил Петрович, человек с большим умом и многосторонним образованiем.Он служил в артиллерiи, потом в гусарах, но в 1809 году вышел в отставку и поселился в Баратаевке. Состоя наслужбе, он сблизился с масонами и открыл в Симбирскемасонскую ложу, под названiем „Ключ к добродетели".(Симбирскiй сборник 1868 года, стр. 225.) Цель этой ложи, как и вообще всех масонских лож, заклiочалась (Еще прежде, в конце 18-го столетiя Симбирскiй помещик, бригадир Иван Петрович Тургенев (отец знаменитаго Александра Ивановича Тургенева) учредил в Симбирске масонскую ложу под председательством перваго Симбирскаго вице – губернатора Голубцова, бывшаго потом Министром Финансов, с 1807 по 1809 год (Симбирскiй сборник 1868 года, стр. 195)„в строгом соблюденiи всех христiанских добродетелей, в истинном почитанiи и выполненiи закона Божественнаго, в верноподданическiй преданности Государю, в повиновенiи властям и в любви к ближнему и самому себе. Исполненiе этой цели состояло в нравственных поученiях, читанных в собранiях;. В истолкованiях обязанностей человека как к самому себе, так и к другим: в старанiи, поверяя свои поступки, как можно более приближать себя к великому существу, образовавшему человека по образу и подобiюсвоему, гнушаться страстей и пороков и прикрепляться к добродетели".

Вследствiе уваженiя, которым пользовался князь Баратаев, все лучшiе представители современнаго ему Симбирскаго общества старались попасть в члены управляемой им ложи. Впрочем не все оправдывали доверiе, оказанное им принятiем в ложу и некоторые из них подвергались остракизму; так например: дворянин С. был изгнан из ложиза то, что разболтал какой-то секрет. (Симбирскiй сборник 1868 года, стр. 195.) Собранiя ложи какобыкновенныя, так и экстренныя (торжественное собранiе бывало в ночь на Иванов день) происходили в гроте, (Этот грот сохранился и до настоящаго времени. Он представляет из себякруглое помещенiе со сводом, вышиною около 5 аршин и в дiаметр не более 3 сажен. Свет проникал туда, как видно, через три круглых окна, на которых два сохранили свою первоначальную форму, равно как и дверное отверстiе с железными крючьями, на которых подвешена была, с овальным верхом, дверь. От бывшаго перед входом сводчатаго, каменнаго, извилистаго корридора, устроеннаго легким скатом к гроту, остался только кирпичный пол и основанiе стен. Наружный выход грота, повидимому, имеллепныя украшенiя символическаго характера. (Журн. заседанiя Симб. губ. учен. архивы. комиссiи 1 августа 1895 г., стр. 8) устроенном в саду Баратаевки, где поставлен был гроб и разложены на столе: евангелие, меч, череп и разные символическiе знаки, а по стенам развешивались мантiи отсутствующихчленов и масонскiе атрибуты. При прiеме в члены, читалисьправила и постановленнiя ложи, а также присяга при открытом евангелии. По прочтенiи присяги, управляющiй мастера спрашивал принимаемаго члена, согласен-ли он исполнять даваемыйобет и получив утвердительный ответ — говорил: „дайтеруку, как честный человек" и брал его за руку особеннымиобразом, так что пальцы правой руки одного, касались первого, сустава кисти правой руки другого — и затем выдавался знак той степени, в которую кто был принят. В какой мере масонство достигало своих возвышенных целей и влиялона нравы общества — определить трудно; во всяком случае собранiя масонских лож были более совместными с достоинством образованных людей и могли благотворно действоватьна общество, чем препровожденiе времени, например, за картами.

По ВЫСОЧАЙШЕМУ рескрипту, от 2I августа I822 года, все масонскiя ложи в государстве были закрыты, так что тогда иСимбирская ложа окончила свое существованiе. (Симбирскiй сборник 1868 года, стр. 226.) Принадлежность к масонству не мешали князю Михаилу Петровичу заниматься и общественными делами. В 1816 году он был избран Симбирским уездным предводителем дворянства, а в 1820 году — губернским, и исполнял эту обязанность с честью и достоинством в продолженiи пяти трехлетiй. В 1835 годуон перешел на службу по Министерству Внутренних Дел и вскоре же получил назначенiе начальником Закавказскаготаможеннаго округа. Там князь Баратаев написал на русском, французскоу и грузинском языках свое знаменитоесочиненiе „Нумизматические факты Грузiи", за что удостоился избранiя в члены С.-Петербургской академии художеств, а также академий Парижской, Берлинской и Копенгагенской и от многих Высочайших особ получил драгоценные подарки. Оставив службу в Грузiи, он в 1844 году возвратился в Баратаевку и жил воспоминанiями о прошлом, ведя переписку с немногими оставшимися в живых друзьями. Он скончался в 1856 году и погребен в Покровском монастыре, близ могилы Лабзина. (Там же, стр. 229.)

В 40 верстах от Симбирска, в селе Знаменском (Карамзинка тож), на месте родины историографа Н. М. Карамзина, жил его родной брат Василiй Михайлович Карамзин. (Деревянный барскiй дом Карамзиных только в 70-х годах был сломан изаменен ныне существующим.) Во время посещенiя Симбирска, в 1824 году, Александром Благословенным, Государь пожелал видеть его, но тот, по болезни, не мог воспользоваться счастiем представиться Государю. В. М. Карамзин не был женат, но имел воспитанницуОльгу, которая вышла замуж за помощника Д. М. Ниротморцева и за ней, в приданое, было дано село Знаменское. У Ниротморцевых было двое сыновей, красивых собою, но с дикимихарактерами; они не долго служили в военной службе, в 40-х годах вышли в отставку, и окончили свою жизнь весьма печально: один лишил себя жизни, а другой, по судебному приговору, отдан был в солдаты. („Из записок о былом", кн. В. Баюшева. (Москов. Ведом, 1883 г., № 293).

В селе К — е, Сызранскаго уезда, жили, на разных концах, два помещика Т. и К.; у них кутежи, псовая охота, картежная игра, сменялись одно другим и сопровождались всегда какими либо эксцентрическими выходками. Например: у обоих из них было по пушке большого калибра и когда вздумается одному из них позвать другого к себе в гости, то он делал выстрел; если приглашаемый согласен, то отвечал тоже выстрелом, а если нет, то стрелял два раза, что означало приглашенiе к себе; но когда ни тот, ни другой, не хотелуступить, то перестреливались до тех пор, пока ни истощался запас пороха. Потом съезжались на половине пути и заключали договор куда ехать и чем потешаться. (Там-же.)

В 1822 году в Симбирске был губернатором барон Уманец, или, правильнее, Умянцев, побочный сын Кагульскаго героя; у него жил его тесть, генерал-поручик Пиль, носившiй всегда белый мундир. В это же время в Симбирскепроживал какой-то проходимец, капитан Ростаковскiй, ходившiй в особенном, им самим изобретенном вязаном костюме. Однажды они, не зная друг друга, встретились на улице и Пиль, удивленный костюмом Ростаковскаго, спросил: кто он? на что тот отвечал вопросом: „а вы кто"?

— Я генерал Пиль!

— А! ну в таком случае я — капитан „тубо"- дерзко ответил Ростаковскiй, и как ни в чем не бывало, пошел дальше. („Из записок о былом", кн. Баюшева.)Таковы разнообразные типы Симбирских дворян первойполовины нынешняго столетiя.К этому же времени относятся многiя славныя имена знаменитых государственных деятелей, ученых, писателей и поэтов, которыми Симбирская губернiя, по справедливости, гордится, так как они были ея уроженцами. Сюда принадлежит,прежде всех, знаменитый историк Николай Михайлович Карамзин, родившiйся 1 декабря 1766 года, в сельце Карамзинке (Знаменское тож), Симбирскаго уезда. До 17-ти летняговозраста Карамзин проживал в Симбирске, в пансiоне Фовеля, а затем уехал в Петербург на службу, но пробывши менее года в преображенском полку, вернулся на родину ипровел два года в Симбирске, а после этого уже окончательно оставил наш город.

Другом и родственником Карамзина был Иван Иванович Дмитрiев, известный поэт и баснописец и Министр Юстицiи, в начале нынешняго столетiя (с 1810 по 1814 г.).Он родился в селе Богородском, Сызранскаго уезда, воспитывался в частном пансiоне в Симбирске, но потом переехал на жительство в Петербург, а под конец жизни — в Москву, родной же город Симбирск посещал очень редко,хотя и имел здесь свой дом, на Лисиной улице. (Ныне этот дом принадлежит Каврайским.)

Несколько сродни и Карамзину и Дмитриеву была семья Тургеневых. Отец, Иван Петрович Тургенев, первый Симбирскiй масон — один, из просвещеннейших людей своего времени; он руководил Карамзиным на первых порах егодеятельности. Старшiй сын Ивана Петровича — поэт АндрейИванович, друг Жуковскаго и Мерзлякова, стоял, по отзыву современников, („Записки" Вигеля.) на распутьи всех дорог, ведущих к славе, но смерть слишком рано похитила его — он скончался на 23-м году от рожденья. Брат его, Александр Иванович имел обширныя познанiя, серьезный ум и симпатичный, общительный характер; он был одним из выдающихся деятелей конца царствованiя Императора Александра i; девизом ему служило изрвченiе: „без боязни обличаху". Младшiй из Тургеневых, Николай Иванович — горячiй поборник освобожденiя крестьян и автор известной книги «la Russie et les Russes». Все Тургеневы родились в Симбирске, но в малолетстве оставили его и жили то в Петербурге, то за границей.

К одной из лучших Симбирских фамилiй принадлежалибратья Петр и Николай Михайловичи Языковы. Первый изних — известный геолог, второй — знаменитый поэт Пушкинскаго времени. Оба они родились в Симбирске, и Петр Михайлович большую часть жизни провел на родине, (Он жил в своем доме, по Спасской улице, где ныне гостиница для пpiезжающих, называемая, в память прежняго владельца, „Языковскiе номера".) а поэтНиколай Михайлович жил преимущественно в Москве и только пять лет (с I833 по 1838 г.) пробыл в родовом именьи, в селе Языкове, Симбирскаго уезда. Здесь два раза навестил его А. С. Пушкин, в 1833 году, проездом в Оренбурга иобратно. В письмах к своей жене, Пушкин пишет, что 12 сентября I833 года, проезжая в Оренбург, он заехал к Языкову, но не застав его дома, переночевал и вернулся обратно в Симбирск, где принимал его Петр Михайлович.В конце того же месяца, Пушкин возвращался в свое Нижегородское именье, Лукояновскаго уезда, в село Болдино, и вторично заехал в с. Языково; на этот раз он застал всех братьев, отобедал с ними и, переночевав, уехал к себе в деревню. (О настоящем состоянiи барской усадьбы в с. Языкове и памятниках пребыванiя там Пушкина, было сделано сообщенiе Председателем Симб. губ. учен. архивн. комиссiи,в заседанiи ея 27 сентября 1896 года (см. Журн. VIII заседанiе, стр. 4 — 9).

К более позднейшей эпохе принадлежат: а) поэт Дмитрiй Петрович Ознобишин, родившiйся в Карсунском уезде и долго служившiй в Симбирске; б) знаменитый писатель ИванАлександрович Гончаров, родившiйся, воспитывавшiйся и некоторое время служившiй в Симбирске, (По разсказам старожилов, И. А. Гончаров родился в сохранившемся до настоящаго времени доме,на углу Большой Саратовской и Московской улиц, принадлежащем ныне наследннкам купца К. И. Юргенс.) но затем оченьредко навещавшiй родину; в) поэты Минаевы, отец — Дмитрий Иванович и сын — Дмитрiй Дмитрiевич; оба они родились в Симбирске, (Минаевы постоянно жили на Солдатской улице, хотя и не имели там своего дома; в память о них, городскою думою возбуждено ходатайство о переименованiи Солдатскойулицы в „Минаевскую".) окончили курс в местной гимназiи, долго служили здесь и похоронены рядом на духовском кладбище; г) Иван Ильич Пушкарев, известный автор „Описанiя г. С.-Петербурга и губернiи" и многих других историко-статистических сочиненiй, современник Минаевых: товарищ по гимназiи Минаеву-отцу и сослуживец по Симб. Казенной Палате Минаеву — сыну. В 1834 году он вышел в отставку и перешел на постоянное жительство в Петербург; и д) Дмитрiй Николаевич Садовников, поэт и собиратель народных сказок, песен и пословиц; он родился в Симбирске, в 1849 гoду, в доме своего отца, под горой, воспитывался в здешней гимназiи и скончался в 1883 году. Обращаясь к общественной жизни в самом городе Симбирске, нельзя не заметить, что она сосредоточивалась, главным образом, в дворянском клубе и собранiи соединеннагообщества.

Дворянскiй клуб был открыт в Симбирске 21 января1838 года, с разрешенiя Министерства Внутренних Дел, наточном основанiи правил, составленных в Министерстве. (Симб. Губ. Вед. 1838 г., № 2.) По этим правилам клуб носил названiе „Симбирское Благородное Собранiе" и имел целью „общественное препровожденiе времени и занятiе благопристойными разговорами, дозволенными играми и чтенiем перiодических изданiй". Членами благороднаго собранiя могли быть, кроме Симбирских дворян, не обличенных в дурном поведенiи или в каком либо не свойственному дворянину поступке, еще а) военные и гражданскiе чиновники, б) ученые, в) купцы, г) художники, д) иностранцы и е) артисты. Число членов было ограничено 150 лицами. Клубпомещался в доме, подаренном дворянству богатым помещиком Дурасовым (на месте нынешняго кадетскаго корпуса),а летом он переходил в так называемый „вокзал", нарочно для сего устроенный, в I839 году, в Александровском саду, на углу площади и Садовой улицы. (В 1850 году „вокзал" передан дворянством в Приказ Общественнаго Призренiя ;одно лето жил в нем губернатор князь Черкасскiй, а потом здесь устроено заразное отделенiе Александровской больницы.)

До пожара 1864 года,когда Симбирское дворянское общество жило широко и открыто дворянскiй клуб процветал. Из его отчетов того времени видно, что ежегодные доходы клуба превышали 20,000 руб., из которых расходовалось лишь немногим более половины. Тогдав клубе велась азартная карточная игра, раззорившая многих богатых помещиков и большая биллiардная игра; было многозамечательных игроков; не только проигрывались тысячи, но нередко платили одного только штрафа за неурочное время игры — по 1500 рублей. (Симб. Губ. Вед. 1893 г., № 76 и 1897 г., № 25. Кстати, приводим здесь весьма интересный указ Импператрицы Елизаветы Петровны,от 11 марта 1747 года, безусловно запрещающiй игру в карты на деньги: „Понеже поуказам, состоявшимся и в народ публикованным повелено: по первому, 1717 года, декабря 13, никому в деньги не играть, под тройным штрафом обретающихся денег в игре. По второму, 1733 года, января 23, чтоб никто, съезжаясь в партикулярных и вольных домах, как в деньги, так на пожитки и дворы и деревни и на людей, ни в какую игру отнюдь не играли; а ежели кто и затем запрещенiем такiя богомерзкая противности чинить будет, таковых жестоко штрафовать, а именно: зa первое преступленiе,по вышеуказанному, 1717 года, указу, тройным взятьем обретающихся денег и прочагов игре, из чего отдавать объявителю о том треть, а две трети на гошпитал; буде-же кто в оном преступленiи явится вторично, таковых, сверх онаго взятья, офицеров и прочих знатных лiодей, сажать в тюрьму на месяц, а подлых бить батогами нещадно;а за третье преступленiе, сверх взятья денежнаго, оное наказанie умножить вдвое, а кто уже затем пойман будет, с таковыми поступать жесточее, смотря по важности дела, итого смотреть во всех полицiях и в городах губернаторам и воеводам, а в армiи главным командирам. По третьему, 1743 года, июня 9, дабы всякаго чина люди в партикулярных и вольных домах ни в какую игру в деньги, на пожитки и ни на какiе вещи отнюдь не играли, под вышеизображенными в прежних указах штрафами без упущенiя, чего всего того смотреть полицiям, губернаторам и воеводам, без всякаго упущенiя. А ныне в Правительствующем Сенате известно, что в противность всем вышеписанным выданным о запрещенiи картежной разорительной игры указам, и последняго, в 1743 году, июня 9, выданнаго указа, проигрывают в карты не малыя деньги и в том проигрышевекселя дают. Toгo ради, по указу Ея Императорского Величества, Правительствующiй Сенат приказали: в подтвержденiе вышеписанных прежних указов, еще публиковать указами, дабы всякаго чина люди в партикулярных и вольных домах ни в какую игру в деньги и на пожитки, и ни на какiя вещи, и под деревни и дворы отнюдь не играли; а ежели кто и за сем Ея Императорского Величества указом и запрещенiем такiя богомерзкiя противности чинить будет, такiе неотменно штрафованы будут, как вышеписанными Ея Императорского Величества указами повелено, без всякого упущенiя, чего всего смотреть полицiям, губернаторам и воеводам, а в армiи главным командирам". (Полн. собр. зак., т. № II, ст. 9370).

Затем, большинство дворян разъехалось по своим именiям, а которые если и остались в Симбирске, то значительно сократили свой бюджет и не столько вследствiе пожара, раззорившаго город, а главным образом благодаря тому влiянию, которое оказала крестьянская реформа на матерiальное положенiе помещиков. Это обстоятельство неблагопрiятно отразилось на доходах дворянскаго клуба, они с тех пор стали заметно сокращаться.

Некоторые из проживавших в Симбирске дворян - помещиков, после пожара 1864 года, временно поселились в Казани и продолжали там ту же веселую и роскошную жизнь, которую вели в Симбирске, чем вызвали в Казани небывалое оживленiе. Казанскiе дворяне, считавшiе себя почему-то выше Симбирских, не желали отставать - и вот явилась оригинальная и весьма любопытная „бальная конкуренцiя". — Более всего соперничали туалетами и обстановкою. Конкуренцiя эта, как и следовало ожидать, окончилась полнейшим оскуденьем и тех и других. Посетители тогдашних балов разсказывают, что туалеты Казанских дам отличались необыкновенною роскошью и, вместе с тем, полным отсутствием вкуса; между тем Симбирскiя дамы превосходили Казанских изяществом туалета и более красивою наружностью. Словом, Казань представляла тогда арену, где состязались, с одной стороны, казанцы с своим гонором, самомненiем и татарским вкусом, а с другой — представители Симбирска, издавна русскаго и дворянскаго города, много более Казани усвоившаго себе европейскiе вкусы и обычаи. После такого сильнаго „бальнаго" возбужденiя, продолжавшагося в теченiи трех зимних сезонов (1864 — 1867 г.г.), наступила реакцiя; как Симбирскiе, так и Казанскiе помещики, поспешили сократить расходы и для подкрепленья своих оскудевших рессурсов, старались пристроиться на государственной или земской службе. (Монастырскiй. „Иллюстрированный спутник по Волге", стр. 191.) В 70-х годах в дворянском клубе еще бывали еженедельно, по субботам, танцовальные вечера, (Симб. Губ. Вед. 1875 г., № 17.) но они редко удавались и для клуба ничего, кроме убытка, не приносили, так что решено было их прекратить. Продолжая существованье при неблагопрiятных условiях, дворянскiй клуб постепенно шел к упадку и, наконец, за неименьем средств, был закрыт в 1884 году.

Собранiе соединеннаго общества переименовано в 1861 году из существовавшаго прежде немецкаго собранья, (Тоже 1861 г., № 24) открытаго в 1853 году и помещавшагося, до пожара 1864 года, на Большой Саратовской улице, в д. Родiонова, где ныне отделенiе государственнаго банка. Членами этого клуба всегда были, по преимуществу, представители средняго чиновничества. В прежнее время, при малом развитiи общественной жизни, этот клуб имел значенiе и привлекал к себе посетителей, но затем, благодаря резкому различiю общественнаго положенья между членами клуба, или по каким либо другим причинам, соединенное собранiе перестало пользоваться расположенiем общества и сделалось достоянiем лишь небольшого кружка старых завсегдатаев. Некоторое оживленье стало заметно в клубе с 1897 года, когда в городском Владимiрском саду было устроено прекрасное летнее помещенье клуба, (Вопрос об устройство летняго помещенiя общественнаго собранiя возбуждался, как было сказано выше, еще в 1865 году, когда, после пожара 1864 года, клуб остался вовсе без помещенiя. Тогда членам клуба предложено было снять Александровскiй сад в аренду на насколько лет и отделить находившiйся там вокзал. Но, не смотря на то, что сад сдавался больницею за весьма недорогую цену (60 руб. в год) и что на возобновленie вокзала и прочь исправленiя потребовалось-бы не более 400 рублей, члены клуба отклонили сделанное им предложенiе. (Симб. Губ. Вед. 1865 г., № 15.) куда разрешили вход и дамам, которым, до того времени, это право предоставлялось только в исключительных случаях.

Среднее купечество и мелкое чиновничество разнообразили свою жизнь, летом, катанiем на лодках по Свiяге и остановками на берегу, для чаепитiя, а также загородными прогулками, в праздничные дни, в Киндякову рощу (в 3-х верстах от города, по Сызранскому тракту) и в „колки" (местность на северном выгоне, за военными казармами). В старину, излюбленным местом гулянья чиновников было „под кручей", в двух верстах от гор. Симбирска, на берегу р. Свiяги, близ села Мостовой слободы, куда они отправлялись с утра, захватив с собою самовары и разную провизию. Возвращенiе гуляющих домой было очень веселое. (Симб. Губ. Вед. 1868 г., № 56.) Подобныя летнiя загородныя прогулки практикуются и в настоящее время, с полным успехом, чему не мало способствует отсутствiе дачных мест в окрестностях города. Дачи имеются единственно близ деревни „Поливный Враг", в именiи помещика С. А. Денисова, в 9-ти верстах от города. Эти дачи расположены близ берега Волги, по очень крутому склону оврага; небольшое число их не может вполне удовлетворить потребностям городского населенiя, тем более, что для удобства сообщенiя этой местности с городом не существует никаких приспособленiй, кроме городских извозчиков, не смотря на то, что рядом с дачами устроена лагерная стоянка Симбирскаго кадетскаго корпуса.

В 1892 году некто г. Трут хотел устроить дачи и просил Городское управленiе сдать ему для этого, в аренду, городское место, не далеко от города, на северном выгоне; однако его предпрiятiе осталось без результата, потому что дума хотя и признала, что место это не требуется ни для какой общественной надобности и, вероятно, не скоро может потребоваться и в будущем, тем не менее согласилась на ходатайство г. Трут лишь с тем непременным условiем, чтобы в случай надобности место было очищено от построек по первому требованию городского управленiя; (Журн. Думы 24 января 1892 года) подобная оговорка была равносильна отказу и предпрiятiе г. Трут не состоялось. В последнее время среди чиновничества и купечества возбуждены были вопросы об устройстве в Симбирске клубов канцеляристов и приказчиков. В начале 1895 года местные чиновники предположили учредить в Симбирске „собранiе служащих в правительственных и сословных учрежденiях", по примеру существующаго уже такого клуба в Самаре, где имеется своя библиотека, устраиваются танцовальные и литературно-музыкальные вечера, спецiалисты по разным наукам читают популярныя лекцiи и т. д., что дает возможность чиновнику, при его ограниченном бюджете, прилично и с пользою проводить свободное от службы время в тесном кругу товарищей и при известной семейной обстановке. К сожалению, такое симпатичное предположенiе не получило осуществленiя, и почти исключительно, по недостатку матерьяльных средств. Более счастливыми, в этом отношенiи, оказались приказчики; к ним на помощь пришли богатые купцы, благодаря которым возникшiя летом 1897 года предположенiя уже близки к осуществлению.

Весно 1898 года состоялось первое предварительное собранiе учредителей „общества купеческих приказчиков вспомоществованiя частному служебному труду". С матерьяльной стороны, а это самое главное, существованiе будущаго общества обезпечено: в основной капитал его уже пожертвовано 9000 рублей и более 200 лиц заявили желанiе быть его членами. Остается только выработать устав общества, чем в настоящее время занята особая комиссiя. (Симб. Губ. Вед. 1895 г., № 13.) У простого народа, в старину, в большом ходу были кулачные бои. Коноводами состояли приказные; бывало они до полночи дерутся с калачниками да с кузнецами, особенно в лунныя ночи. Полицiя уже и не вступалась; если азарт во время драки переходил границы, то высылали солдат с ружьями разгонять кулачников, но и солдаты оказывались иногда побежденными. (Т о же 1898 г., № 24.) Кулачные бои оффицiально прекращены указом от 5 октября 1827 года, (Тоже 1868 г., № 56.) но и после этого они ещe долго продолжали существовать. (Полн. собр. зак., т. № XXXVIII, ст. 29,627.) В то время в городе было сильно развито воровство, а в окрестностях разбойничьи шайки разгуливали свободно. Тогда на Волге пароходов еще не было и купцы ездили в Нижнiй-Новгород, на ярмарку, на лошадях. Бывало соберутся человек 20 — 30, наймут лошадей вплоть до Нижняго, да так, на долгих, караваном и едут; многiе из них отправлялись в дорогу вооруженными; в одиночку же никто не решался ехать, так как рисковал быть не только ограбленным, но и убитым.

Главный притон мелких воришек приютился в овраге р. Симбирки, где в лачужках устроены были склады ворованных вещей. Смелость этих воров доходила до дерзости. Так например, в первые-же дни по прiезде в Симбирск губернатора Хомутова, в 1836 году, у него из прихожей украли шубу и хотя она была розыскана полицiею в тот-же день, но уже разрезанною на несколько частей. (Воспоминания Э. И. Стогова. („ Русская Старина", 1878 г., Декабрь, стр. 687). Кроме этого, в городе было еще много воровских и разбойничьих притонов; некоторые дома, в которых помещались гостинницы, трактиры, кабаки и т. п. были прямо приспособлены к грабежу; так, в доме, принадлежащем ныне купцу Зеленкову, по Большой Саратовской улице, где помещается губернская типографiя, еще в 1848 г. суствовали разныя западни и подземныя комнаты, где грабили посетителей. (Симб. Губ. Вед. 1893 г., № 17.) Из разбойников, грабивших в окрестностях города, был особенно известен „атаман Безрукiй". Сколько лет его ловили,— ничего не могли сделать, пока сам ни дался в руки. Этот Безрукiй держал Симбирск как в осаде: на всех трактах разбойничал; станут его ловить на Саратовской большой дороге — он очутится на Казанской; поедут сыщики на Казанскiй тракт — а он уже на Московском. Шайка у него была человек в двадцать. Он, со своей шайкой, смело прiезжал на сельскiя ярмарки: подкатит на тройках прямо к кабаку, потребует ведра три водки и гуляет; исправник или становой тут-же на ярмарке, а показаться не смеет. У Безрукаго притон в Симбирске был на Лосевой улице, на постоялом дворе; там его и изловили — в 60 душах повинился, „может быть", говорит „и больше убил, да не помню" (Тоже 1868 г., № 56.)

С легкой руки нашего знаменитаго поэта Лермонтова,привыкли называть Симбирск «сонным» городом. В поэме „Сашка", Лермонтов говорит, что … «сон и лень вполне Симбирском овладели.» Это прозванiе дают ему и в настоящее время, но только те, которыевовсе не имеют понятiя о Симбирск в и его общественной жизни, а повторяют это с чужих слов, или те из Симбирских жителей, которые с полным удовольствiем и увлеченiем пользуясь разнообразiем местной жизни, тщетно стараются убедить других в том, что такая жизнь для них пуста, не удовлетворяет их, не дает им „пищи для ума". В действительности же, при безпристрастной оценке, Симбирск и по оживлению и по разнообразию общественной жизни, нисколько не уступает большинству провинцiальных губернских городов, в чем не трудно убедиться как из целаго ряда приведенных выше обществ и учрежденiй ученых, учебных и благотворительных, так и из дальнейшаго перечня различных обществ разнообразнаго спорта.

2) Музыкальное общество.

Первое музыкальное общество в Симбирске возникло вскоре после пожара 1864 года, по иницiативе Симбирскаго помещика Сергея Николаевича Нейкова и носило названiе „общество любителей музыки". Учредитель этого общества задался исключительно целью составить хорошiй постоянный городской оркестр и содержать его, так что это скорее было не общество любителей музыки, а нечто в роде компанiи на акцiях для содержанiя оркестра. (Симб. Губ. Вед. 1865 г., № 14.) Деятельность этого общества шла успешно, потому что тогда очень многiе в Симбирске были проникнуты убежденiем в необходимости для Симбирска постояннаго оркестра. Раньше в Симбирске был прекрасный оркестр князя Трубецкого, который он прiобрел, в полном составе, от известнаго любителя музыки, Пензенскаго губернатора Панчулидзева, но после пожара 1864 года тот оркестр распался и С. Н. Нейков, с большим усердiем и знанiем дела, принялся за возстановленiе его, что ему и удалось, так что в1869 году, во время посещенiя гор. Симбирска Цесаревичем Александром Александровичем и Цесаревною Марiею Феодоровною, этот оркестр, под личным управленiем С. Н. Нейкова, играл на парадном обеде и, за удачное исполненiе пьес, удостоился личной благодарности Их Высочеств. (Симбирскiй сборник 1870 года, стр. 92.)

Долго-ли существовало общество любителей музыки и принадлежащiй ему оркестр — сведенiй не сохранилось. В 1873 году другой любитель музыки, г. Черников, основал в Симбирске „общество музыкальной беседы", в видах распространенiя музыкальнаго образованiя и развитiя музыкальнаго вкуса среди Симбирскаго общества и с целью сближенiя любителей музыки и доставленiяим, в особенности молодым людям, прiятнаго препровожденiя времени. (Симб. Губ. Вед. 1873 г., № 34.) Но, кажется, это общество существовало недолго; по крайней мере никто из старожилов не помнит, проявляло-ли оно в чем либо свою деятельность. После этого, в 1890 году несколько любителей музыки составили „Симбирское музыкальное общество", привлекли много членов и задумали устроить дело в широких размерах, так как в 1892 году открыли музыкальную школу, где преподавалось сольное и хоровое пенiе, игра на скрипке, вiолончеле, альте и фортепiано, а также теория и сольфеджiо. (Симб. Губ. Вед. 1892 г., № 82.) Но дело это сразу пошло не бойко: общество дало несколько музыкальных вечеров, в школе учеников почти вовсе не было; возникли различныя недоразуменiя и музыкальное общество, как-то само собою, распалось, от него осталось только: один рояль и два старика— купца, избранные, за щедрыя пожертвованiя, в „пожизненные" члены общества, еще при его основанiи. В конце 1897 года музыкальное общество снова возродилось; инициаторы этого дела собрали до 80 членов и составили комитет для управленiя делами общества, Тоже 1897 г., № 77.) так что есть основанiе ожидать, что это общество чем либо проявит свою деятельность и тем внесет оживленiе в Симбирскую общественную жизнь.

3) Общество изящных искусств.

Независимо от возродившагося музыкальнаго общества, в Симбирске предполагается учредить, по иницiативе местной интеллигенщи, „общество изящных искусств", с отделами: драматическим, пенiя, музыки, зодчества, скульптуры и литературы. Цель этого общества заключается, главным образом, в том, чтобы служить сближению деятелей в области изящных искусств и оказывать помощь тем лицам, которые желают совершенствоваться в этих искусствах. Ради этого, общество будет стремиться давать каждому интеллигентному человеку возможность, при незначительной годовой плате и при малых затратах, проводить с несомненною пользою свободное от обычных занятiй время. Средствами для достиженiя намеченной цели, общество ставит: устройство выставок, концертов, литературных, художественных и музыкальных вечеров, спектаклей, публичных лекцiй и чтенiй, а также изданiекниг и журналов, устройство библiотеки и т. п.; в случае-же увеличенiя средств, общество предполагает открывать щколы:живописи, пластики, музыки, декламацiи и сценическаго искусства,а также арендовать, в качестве антрепренера, городской и частный театры. (Симб. Губ. Вед. 1896 г., № 77.) Составленный проект общества не получил еще утвержденiя.

4) Общество охотников конскаго бега.

25 августа 1852 года, вследствiе представленiя СимбирскагоГубернатора князя Черкасскаго, последовало Высочайшее соизволенiе на учрежденiе в Симбирске общества охотников конскаго бега, на основанiи тех же правил, на которых подобныя общества уже были открыты в Рязани и Орле. Таким образом Симбирское общество охотников конскаго бега, постаршинству лет, третье в провинцiи (не считая столичных).14 декабря того же 1852 года, под председательством губернатора Н. П. Бибикова, было открыто это общество и тогда же г.г. коннозаводчики и любители конских бегов, в числе двенадцати человек, изъявили желанiе быть его действительными членами; званiе действительнаго члена приняла, между прочими, и помещица Евгенiя Алексеевна Белякова, владевшая в то время лучшим в Симбирской губернiи рысистым заводом, доставшимся ей после мужа ея, Афонасiя Петровича Белякова, который первый из Симбирских коннозаводчиков основал рысистый завод, прiобретя кровных Орловских лошадей. Первым вице - президентом общества был избран Симбирскiйпомещик и коннозаводчик Александр Львович Бычков.Бега начались 22 января 1853года, на ипподроме, устроенном за городом, против чугунно-литейнаго завода Андреева и с тех пор, ежегодно, в мае месяце, бывали бега рысистых лошадей. В то время в Симбирскiй губернiи было много рысистых заводов (например, в 1861 году — 38, в 1877 году— 58) и из них некоторые достигали весьма солидных размеров, именно: Мятлевых, в Алатырском уезде (43 производителя и 101 матка), А. П. Языкова (29 производителей и 55 маток) и Н. А. Мотовилова (18 производителей и 90 маток), в Симбирском уезде. Лучшею репутацiею, как по красоте,так по резвости лошадей, пользовались тогда три завода: П. Б. Бестужева (в Сызранском уезде), Белякова и Бычкова (в Симбирском уезде). Их лошади, главным образом, участвовали в состязанiях на призы и всегда первенство оставалось за ними.

Государственное коннозаводство назначило Симбирскому обществу, в первый раз, приз только в 1855 году — в 250 рублей, который и был розыгран в том же году. По разсказу старожилов, рысистыя бега проходили тогда очень весело; многiе помещики приводили лошадей издалека и не всегда с надеждой взять приз, но зато с уверенностью весело провести время. Все обещало, казалось, для общества и продолжительное существованiе и блестящее дальнейшее процветанiе, но в действительности вышло совершенно иначе — в 1881 году общество было закрыто и только после девятилетняго перерыва возродилось 16 февраля 1890года, на основанiи новаго устава. Ипподром вновь был устроен почти на прежнем месте, уступленном городом безвозмездно, но деятельность общества уже не имела прежняго оживленiя. В настоящее время перспектива выигрыша большой суммы влечет многих наших коннозаводчиков туда, где эти призы крупнее. Заводы Симбирской губернiи, не смотря на их многочисленность и солидность, почти не приводят на Симбирскiе бега своих лошадей, потому что они нынче считают ту лошадь в своем заводе лучшею, которая выиграла большую сумму; прежде же не размер приза привлекал заводчика на бега, а страсть к беговому делу. В общем, по уверению знатоков, Симбирское общество охотников конскаго бега, за все время своего существованiя, не дало видимых результатов и, причина этому, поих мненiю, кроется в самих заводчиках и будет существовать до тех пор, пока они сами не станут изучать бегового дела, пока они не перестанут доверять первому попавшемуся наезднику. Симб. Губ. Вед. 1894 г., №№ 61 и 62.Симбирскiй сборник 1868 года, стр. 26. (Смесь). Липинскiй, т. I, стр. 463 и 464. Симбирскiй календарь на 1878 год, стр. 236.)

5) Общество охоты.

Общество это существует в Симбирске с начала 1893 года. Согласно уставу, утвержденному 8 декабря 1892 года, цель общества заключается: 1) в веденiи правильной охоты, в дозволенное законом время, 2) в охраненiи дичи, через содействiе местным властям в преследованiи охоты, как в недозволенное время, так и запрещенными способами, 3) в распространенiи в народе понятiй о правильной охоте, а также о полезных и вредных животных, 4) в истребленiи хищных зверей и птиц, 5) в улучшенiи способа охоты и, в особенности, в улучшенiи пород охотничьих собак, 6) в изученiи местной дичи, ея образа жизни, нравов и привычек, в описанiи характера местности в край, где она преимущественно держится и 7) в упражненiи в стрельбе. Действiя общества ограничиваются пределами Симбирской губернiи. Членами общества могут быть только лица, избранныя в это званiе в общем собранiи большинством двух третей наличных голосов. Хотя программа деятельности Симбирскаго общества охоты весьма пространная, но в настоящее время оно занимается, как видно из отчета за 1896 год, почти исключительно, упражненiем в стрельбе и веденiем правильной охоты в дозволенное законом время; до сих пор общество еще не обратило вниманiя на весьма симпатичную сторону своей деятельности — распространенiе в народе понятiй о полезных и вредных животных, об образе жизни, нравах и привычках местной дичи. В 1896 году в обществе было 5 почетных членов и 60 действительных. Ни основного, ни запаснаго капитала общество не имеет и действует себе в убыток.

6) Общество любителей рыбной ловли.

Симбирск расположен по берегам двух, параллельно, но в разныя стороны, текущих рек — Волги и Свiяги, изобилующих разнообразною рыбою. По этому в Симбирске много и промышленников и любителей рыбной ловли, но надзора за правильным производством ловли и заботе о сохраненiи иразмноженiи полезных пород, ни с чьей стороны нет и не было. Это объясняется отчасти тем, что право рыбной ловли принадлежало многим владельцам, заботы большинства которых направлены, главным образом, к извлечению возможно большаго дохода. В теченiи нескольких лет до 1889 года, четверо из Симбирских жителей, большiе любители рыбной ловли, арендовали у удельнаго ведомства право ловли в водах р. Свiяги, ближайших к г. Симбирску. Усердно боролись они с местным населенiем, не признававшим ничьих частных прав на ловлю рыбы и ловившим ее где и кто только желал,всякими законными и незаконными способами, без малейшаго контроля. Четырем лицам борьба эта, конечно, была не по силам и они задумали учредить общество, для чего составили устав „Симбирскаго общества любителей рыбной ловли", который и получил утвержденiе 23 ноября 1888 года, а общество открыло свои действiя 29 января 1889 года.(Симб. Губ. Вед. 1898 г., № 36.)Согласно уставу, общество имеет целью: 1) доставлять своим членам способ и возможныя удобства для разумной и правильной рыбной ловли, 2) охранять рыбные запасы в водах, принадлежащих обществу, от хищнических и запрещенных способов ловли и 3) заниматься, по мере возможности, разведенiем рыбы. (Здесь кстати упомянуть, что в Симбнрске производились опыты искусственнаго разведенiя стерлядей. В 1896 году профессором Петербургскаго университета Овсянниковым предприняты были на Волге изследованiя по этому предмету; но они ограничивались научными опытами и при том им выведены были искусственно не чистыя стерляди, а помесь стерлядей с шипами, с севрюгой и с осетрами. Весной 1870 года Министерством Государственных имуществ командирован был на Волгу, между Нижним-Новгородом и Самарою, спецiалист по рыбной эмбрiологiи, доктор Кох, который, в мае 1870 года, доставил в сельско-хозяйственный музей Министерства Государственных имуществ приготовленныя им в Симбирске насколько тысяч оплодотворенных стерляжьих икрянок и несколько сотен рыбок, вылупившихся уже из икры, на дороге до Петербурга. Большая часть этой икры и молоди, вследствiе просьбы Англiйскаго правителества, была отправленаиз сельско-хоэяйственнаго музея в Шотландiю, где с этою целью приготовлены были озера с проточною водою, свободныя от хищных рыб и стерляжья молодь отлично перенесла семидневное плаванiе из Кронштадта до Эдинбурга. (Симб. Губ. Вед. 1870 г., № 67.)

Действительные члены общества платят по 6 рублей в год, но к участию в рыбной ловле, наравне с членами общества, допускаются гости, с платою по 2 рубля в год. До настоящаго времени общество, по незначительности своих средств, не имело возможности заниматься разведенiем рыбы, а направляло свою деятельность лишь к доставлению своим членам правильной рыбной ловли. Для сего оно арендовало у удельнаго ведомства воды р. Свiяги, на протяженiи 9-ти верст, от села Вырыпаевки до села Мостовой слободы, за плату: первые три года (1889 — 1891) по 75 руб., а последующiе шесть лет (1892 — 1897) по 150 руб. в год. В четырех верстах от города, вверх по р. Свiяге, на плотине Андреевской мельницы, общество выстроило избушку и барак с крытыми террасами, достаточно обмеблировав их. Здесь члены общества могут пользоваться лодками, рыболовными принадлежностями, самоваром, чайною и столовою посудою. С 1 января 1898 года общество сняло в аренду у удельнаго ведомства лишь незначительную часть Свiяги (Андреевскiй пруд), на 12 лет, с платою по 30 руб. в год. В настоящее время в обществе состоит один почетный член, 15 действительных и 25 гостей. Незначительный капитал общества, составляющiйся из ежегодных взносов членов и гостей, едва хватает для покрытiя расходов на общественныя надобности.

7) Общество велосипедистов.

Это общество существует в Симбирске с 1894 года,на основанiи устава, утвержденнаго 28-го августа того года. Цельего заклiочается в сближенiи любителей велосипедной езды,в усовершенствованiи такой езды и в распространенiи употребленiя велосипеда, как удобнаго, полезнаго, прiятнаго и практичнаго средства передвиженiя. Для достиженiя такой цели, обществу предоставлено: а) прiобретать недвижимую собственность,для устройства своих собственных мест для катанья, б) иметьучителей для обученiя желающих ездить на велосипеде, в) устраивать прогулки и состязанiя и г) давать музыкальные и танцовальные вечера и вообще дозволенныя увеселенiя. По уставу в это общество безусловно воспрещен вход лицам женскаго пола; оне не только не имеют права быть членами общества, но и не могут являться в помещенiе общества в качестве гостей. (См. параграф 3 и 7 устава общества.) Однако в действительности такой строгiй остракизм женскаго пола обществом велосипедистов не соблюдается. 6 июля 1894 года городская дума сдала обществу варенду на 12 лет, с платою по 20 руб. в год, для устройства велодрома, пустопорожнее место, более 2 1/2 десятин, противвоенных казарм; (Журн. Думы 6 июля 1894 года.) здесь, в половине в августа того же 1894 года, велодром был уже готов и на нем начались состязанiя на велосипедах, сначала частные, для членов общества, а затем и публичныя, с платою за вход. Таких состязанiй было: в 1895 году — одно, в 1896 году — два, а в 1897 году — четыреи, кроме того одна гонка на сто верст, без допущенiя платной публики: сто верст были пройдены в 4 часа, 5 минут, 32 секунды. В зимнiй сезон 18097/98 года общество устроило на пустыре, выходящем на Завьяловскую площадь, каток и ледяную гору. Капитал общества заключается в постройках на велодроме, оцененных в 957 руб. 65 коп., а получаемые обществомнебольшiе доходы идут, почти исключительно, на уплату долга, образовавшагося при постройке велодрома. К 1 января 1898 года в обществе велосипедистов было членов: 5 почетных и 30 действительных.

 
Голосование
Каккие ещё функции нужны сайту?
 
Онлайн
Сейчас 47 гостей онлайн
Ближайшие праздники
Праздники России
Погода
Афоризм


Карта сайта